Собор святого благоверного князя Александра Невского

Значение образа святого благоверного князя Александра Невского для донских казаков.

Среди русского воинства особое место занимали казаки. Издавна их называли рыцарями православия. Смелые и целеустремлённые, отважные и изобретательные, отличались исключи-тельной маневренностью в сражениях и верой в победу. Они участвовали практически во всех войнах и военных походах, которые довелось вести России  . Во все времена казаки своим героиз-мом и бесстрашием, воинской выучкой и смекалкой добавляли ратную славу Российскому оружию, заслуживая высокое звание – христолюбивые воины.  Фундаментом всей казачьей жизни, духовной основой на Дону служила вера, суть которой понималась как служение Богу, Царю и Отечеству. Проводя большую часть жизни в боях и походах, на краю жизни и смерти, острее ощущалась временность бытия. Народ понимал, что только с Богом – вечность, потому просили у него защиты и победы над врагом. Молились в минуты испытания и радости, отправ-ляясь в поход, и по возвращению из него.

Собор святого Александра Невского

Покровителями и заступниками всегда считали святых Божьих угодников, защитников Отечества. Со времён глубокой древности особое отношение сложилось у донских казаков к образу святого благоверного князя Александра Невского.  
В один из самых тяжелых моментов истории, в эпоху, разлада и распада Руси, ее порабощения и монголо-татарского ига, он сумел найти силы для противостояния западным завоевателям, снискав славу великого русского полководца. Чтобы спасти и уберечь Русь, выступал политиком, дипломатом, агитатором. Великий князь Александр имел прямое отношение к истории казачества. Уважая оставленную святым апостолом Андреем Первозванным заповедь о важности южных границ в защите Веры, вместе с Русской православной церковью учредил в 1261 году Сарайскую или Сарско-Подонскую епархию, которая распространялась на всю южную Русь между Волгой и Днепром. Епархия получила права «особой», тем самым, подтвердив и закрепив неприкасаемость особенностей культуры и связанного с ней уклада жизни казачества.

Епархия, окормлявшая казаков и обеспечиваюшая их единство с Русской Православной Церковью, способствовала нерушимой духовной связи с Российским государством. В связи с этим, донские казаки с великой благодарностью и уважением почитали образ Александра Невского. Всегда оставались верны призыву благоверного князя: «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет». Святого покровителя хранили в сердце. Благоговейно воспринималось само имя Александр, в переводе с греческого, означающее «защитник людей, оберегающий муж».

В честь святого князя - воина Александра возводили православные храмы. Многие сохранились до сего дня. Бытовало предание, что в селение, где освящён храм во имя князя Александра Невского, никогда не войдёт враг.
В столице Донского казачества, в Новочеркасске в1810г. была построена деревянная церковь Александра Невского. В 1827 году, в связи с объявлением Высочайшей милости о назначении 2 октября Государя Наследника Цесаревича Александра Николаевича Августейшим Атаманом казачьих войск России, в т.ч. и Войска Донского, казаки, желая подчеркнуть свою любовь к уже почившему Императору Александру I (1825г.), под боевыми знаменами которого они участвовали в освобождении России и Европы от войск Наполеона, а также к его племяннику и Августейшему Атаману Александру, возвели каменную церковь.

Не исключено, что казакам Усть-Медведицкой, «второй столицы Войска Донского», именно эта идея оказалась близкой, которая со временем была удачно осуществлена.

Александро-Невская кладбищенская церковь станицы Усть─Медведицкой (история храма).

Усть-Медведицкая   – одна из самых древних станиц верхней части Дона области Войска Донского. Расположена на высоком правом берегу Дона, в пяти верстах от устья Медведицы, в 391 версте  от Новочеркасска. По словам современников, своими постройками производила «самое благоприятное впечатление и превосходила многие уездные и некоторые губернские города России». В 1802 году станица Усть-Медведицкая стала окружной. Здесь располагались штаб округа, резиденции 16 командиров казачьих полков. С середины XIX века в станице наблюдался наивысший расцвет, она стала центром культуры на Дону. Улицы имели ухоженный вид. Тротуары были выложены булыжником. Стройными рядами росли липы, акации, серебристые тополя. По ночам на перекрестках и возле домов по центру станицы светились керосиновые фонари.

Особое отношение проявлялось и к месту последнего пристанища казака на земле. Для этого « на века» выделили значительную территорию, слева от центра станицы, на возвышенности, «на горе», где вольно гуляет ветер, и «до Бога – рукой подать». Это место стали именовать Нагорной кладбищенской площадью. С большим уважением и любовью станичники оберегали место упокоения родных и близких. Во имя спасения души у каждой могилы устанавливали главную святыню веры православной – крест. Дубовые, стальные, каменные...

Для вечной памяти укладывали тяжёлые гранитные плиты с высеченными именами усопших хорунжих, урядников, полковых офицеров, священников, их жён, детей, прочих сродственников…

Здесь покоился прах основателей правобережной станицы, казаков, известных всему Дону, на поле брани прославленных храбростью. Со временем сюда «переселилась» большая часть станицы.

Опираясь на сохранившиеся архивные документы,  следует предположить, что благодарные потомки первоначально на Нагорной площади в 1861 году возвели каменную церковь, кладбищенскую по назначению: для «отпевания» усопших, совершения заупокойных молитв. ( Эта дата не значится в общедоступных источниках).

В 1884 году из красного кирпича была заложена пристройка к «главному корпусу» однопрестольного храма, «примерно той же площадью», а через четыре года, в 1888 году, в год 900-летия Крещения Руси, окончательно построена. (Именно эти даты 1884-1888г.г. упоминаются в связи с историей храма). Освящена в честь великого защитника земли православной святого благоверного князя Александра Невского. Общая полезная площадь пола  церкви  составила 420,5м2. Возвели колокольню, крышу покрыли железом, выбелили стены внутри и снаружи. Сложили две добротные печки (у западной и северной стен  ), чтобы в студёные, ветреные зимы в храме было тепло. Строили всем миром, на благотворительные средства казаков.  Церковный двор обнесли изгородью: основание и столбы выложили из кирпича, саму ограду – из деревянного широкого штакетника.  Постройку венчал пятиглавый купол: один большой, окруженный четырьмя маленькими. Стройный, белоснежный, он был виден из Задонья на десятки верст. Въезжавшие в станицу со стороны Себрякова (г. Михайловка) видели сначала Александро-Невскую церковь, а уж затем Воскресенскую. Казаки считали собор одной из главных достопримечательностей станицы.   Люди, строившие эту церковь, видели в ней своё спасение и наверняка вложили душу в её внутреннее убранство, поэтому в воспоминаниях старожилов присутствует такие эпитеты как "необыкновенно красивая, светлая, благолепная...".

«В памяти осталось, что все было пышным, сверкающим, свежим…»  По центру храма висело роскошное паникадило, церковная люстра на цепях со свечами.  Оклады икон и множество церковной утвари - из серебра. Парадный вход был устроен с западной стены,  со стороны улицы Донской   (очевидно, по аналогии расположен парадный вход нашей школы). С южной стороны и с северной имелись выходные двери. В 1901 году в южной части собора учредили второй престол, во имя Архистратига Михаила , военачальника Небесных сил, защитника славы Божией.

Приходу принадлежала небольшая деревянная караулка, состоявшая из двух комнат (на этом месте сегодня - продовольственный магазин). Просфоры для литургии многие годы приобретались в Усть-Медведицком Преображенском женском монастыре. Только в 1911 году была устроена своя просвирня, которой заведовала Анастасия Олимпиевна, вдова дьякона . Собственного земельного надела у храма не было  . Церковь приобрела значение приходской, и постепенно стала застраиваться территория вокруг неё. Так появились улицы Александро-Невская, Донская, затем Садовая (ныне Миронова) и другие. Множество дорог со всех сторон станицы вели к этому храму. К Александро-Невскому приходу также относились хутора Берёзовский (х. Берёзки), располагавшийся в двух верстах, и Клетско─Почтовский – в двадцати пяти верстах от станицы. Этот храм отличался среди Усть-Медведицких церквей особым  почерком архитектурного зодчества и душевным расположением к нему станичников, что выделяло его среди других в качестве главного и давало основание именовать "собором". В торжественные дни здесь служило духовенство из других приходов, богослужение совершалось соборно. Общее число прихожан в 1903 году составляло: мужчин - 815 человек, женщин 783 человека.

Год от года крепла любовь казаков к Александро-Невской церкви. В отчётной ведомости 1909г. указано, что « число православных душ мужского пола в приходе» увеличивалось и составляло уже 1158 человек. В доме Божьем на Нагорной площади по-прежнему удовлетворялись насущные требы станичников. В 1909 г. отслужено 152 погребения, 139 крещений, 25 браков. Сумма причитаемого дохода составила 2 998 рублей. За год было продано 22 пуда 58 фунтов свечей. Именно сюда спешила казачья элита, жители больших, малых чинов и званий, уважаемые гости станицы. Здесь молились и зажигали свечи за упокой души предков, за здравие живых - всем святым, спешили под благословение в дорогу, на добрые дела. Многие известные люди: художники Н.Н. Дубовский (1859-1918гг), И.И.Крылов (1861-1936гг), писатели Ф.Д. Крюков (1870-1920гг), Роман Петрович Кумов (1886-1919 г.г.) образ храма запечатлели в своём творчестве. Известно, что в юные годы «по большим двунадесятым праздникам здесь пел на клиросе чистым баритоном» Ф.К. Миронов (1872-1923 гг.), впоследствии командующий 2-й Конной армией РККА.

Жизнь в станице отражалась в жизни главного храма. Зимой всё шло степенно и размеренно. Летом, когда, после лагерных учений приезжали в отпуск все юнкера, студенты, кадеты, лицеисты и институтки, представляя все формы, существовавшие в России, в храме яблоку было негде упасть. В станицу на летний отдых спешили коренные казаки, нёсшие службу в различных ведомствах. Профессора, генералы, действительные статские советники, юристы, чиновники и офицеры считали своим обязательным долгом провести отпуск  среди своей родни, в дедовских домах. Ехали всей семьей, не взирая на расстояния, из столиц и дальних стран: Туркестана, Закаспийской Области и Польши, Сибири и Кавказа.

Каждому в соборе были рады.  Возникла необходимость вблизи  построить  просторное здание для гостиницы, где можно было после вечерней службы, заночевать и успеть на заутреню. С этой целью возвели двухэтажный дом, квадратный по периметру, из красного кирпича, как и храм чисто выбелили. Здесь же определили комнаты для проживания священника.

Священнослужители Александро-Невской церкви.

Новому православному храму казаки придавали большое значение. Очевидно, по их ходатайству, 13 мая 1887 года протоиереем церкви был назначен особо почитаемый в станице священник Иоанн Тихонович Попов (1822 г.р., уроженец ст. Клетской области Войска Донского, закончивший Воронежскую духовную семинарию). До этого он долгие годы служил в Воскресенском храме станицы. Во время возведения, за год до освящения, именно его опытным пасторским рукам было доверено обустроить кладбищенскую церковь, о чём также имеется свидетельство в документах архивного фонда станицы Усть-Медведицкой.  В алтаре ныне действующей Воскресенской церкви хранится старая икона «Господь Вседержитель», в золочёной раме, под стеклом. Внизу надпись: «Отцу протоиерею Иоанну Попову в память 50-летия его священнослужения. 21.03.1898г. От благодарных прихожан станицы Усть – Медведицкой».  Известно, что в этом же году он был награждён орденом Святого Владимира 4 степени . Священный Синод и раньше многократно отмечал значительный труд духовного служения протоиерея Иоанна Попова, о чём свидетельствуют личные награды священника: орден в память войны 1853-1856гг., наперсный крест, медаль на Андреевской ленте и орден Святой Анны 3 степени  . Судя по наградам, можно предположить, что Иоанн Попов в Крымскую войну 1853-1856 г.г. служил полковым священникам, т.к. медали на Андреевской ленте удостаивались все воинские чины малороссийских казачьих полков, принимавших непосредственное участие в боевых сражениях.

В краеведческом музее имеется старая фотография местного протоиерея, с наградами на груди. Его имя не известно. . Предполагаю, что это отец Иоанн Попов. Фото могло быть сделано в 1898г., в связи с юбилеем. Следует полагать, что после смерти (дата не известна), он мог быть погребённым на погосте, вблизи самого Александро-Невского собора, где было принято хоронить священнослужителей, благодетелей, людей, особо угодивших обществу. С 8 августа 1889 года протоиерею Иоанну помогал осуществлять необходимые церковные требы псаломщик Митрофан Захарович Долгов, (1868 г.р., уроженец ст. Букановской Хоперского округа области Войска Донского, сын дьякона), направленный в станицу после окончания Донской духовной семинарии, в возрасте 21 года. Священнослужители жалованья не получали. Пользовались средствами от прихода за исполнение духовных треб прихожан: панихида, крестины, освящение дома, венчание, и др. Годовой причт того времени составлял до 1400 рублей и 50 мер хлеба  . Известно, что обязанности церковного старосты в этом храме до 1903 года исполнял солидный купец Усть-Медведицкой станицы, член Императорского православного и палестинского общества   Илларион Петрович Илларионов  . Не исключено, что он являлся одним из благодетелей, попечителей прихода. Существуют сведения, что 12 января 1894 года при церкви было открыто церковно-приходское попечительство, председателем которого до 1900 года был также избран И. П.Илларионов  . Его сменил полковник Капитон Иванович Чирков  . Судя по архивным документам, после Иоанна Попова, с 1901 года священником Александро-Невского храма был назначен Симеон Матвеевич Одолламский (1843 г.р., уроженец сл. Макеевки Донецкого округа). Также известно, что за особые заслуги на духовной ниве отец Симеон был награждён бархатной фиолетовой скуфьей, бархатной фиолетовой камилавкой, орденом Святой Анны III cтепени, наперсным крестом и Библией от Святейшего Синода. Он, как и купец Илларионов, состоял действительным членом Императорского Палестинского общества  . Имя священника Симеона Одолламского по документам церкви значится до ноября 1917 года (далее его судьба не прослеживается). С протоиереем отцом Симеоном служил дьякон Иоанн Матвеевич Дмитриев (уроженец ст. Перекопской, сын священника) и псаломщик Сергей Тихонович Никуличев.

В мае 1921 г. в Нагорный собор Александра Невского был переведен протоиерей Василий Фёдорович Жидков (1876-1935г.г.)  . Можно предположить, что этот священник был свидетелем духовного заката храма, дорогого сердцу каждого станичника. Отец Василий похоронен в Серафимовиче на городском кладбище 1930-70-х годов  . В период его смерти вокруг храма на старом казачьем кладбище уже не погребали усопших, опасаясь осквернения могил.

Церковно-приходская школа.

В 1887г. 22 февраля, когда строительство Александро-Невской церкви ещё продолжалась, при этом храме открылась приходская женская школа. Занятия проводились в деревянном доме протоиерея Иоанна Попова   (место расположения дома не известно). Традиционно обучение предполагало начальное образование, воспитание женщины-матери. В учебную программу входило изучение Закона Божьего, письма, чтения, счёта. Преподавалось рукоделие, искусство ведения домашнего хозяйства, работы в поле и огороде  . Первым учителем здесь служил псаломщик Воскресенской церкви Усть-Медведицкой станицы Владимир Проскуряков.

Надзирательницей в это время, учительницей арифметики и рукоделия трудилась Мария Семёновна Котова, дочь подъесаула  , а с 1984г. - Серафима Андриановна Шевцова, дочь судебного пристава  . 2 февраля 1890 года учителем в церковно-приходскую школу был назначен псаломщик Митрофан Долгов. В 1896 г. обязанности учительницы исполняла Вера Васильевна Астахова, дочь урядника  . Сохранились архивные свидетельства 1900 года о расположении церковно-приходской школы в доме крестьянина Ивана Котлярова. Очевидно, этот дом располагался неподалёку от храма. Учительницами тогда работали Вера Астахова и Елизавета Свищёва  . В 1903г. церковно-приходская школа по-прежнему действовала.

В ней обучалось 80 девочек  , в 1909г.-128. Законоучителем в то время служил местный дьякон Мартын Птахин  , учителями ─ Феоктиста Иосифовна Ульянова и Зинаида Ильинична Попова.

Необходимость в получении знаний имели и дети прихожан хутора Берёзовский. 1 сентября 1908 года здесь было открыто приходское училище, где обучались 25 мальчиков и 9 девочек. В должности законоучителя служил сам священник Александро-Невской церкви протоиерей Симеон Одолламский.

В годы революционной смуты в начале 20 столетия, гости в станицу спешили всё реже. Двухэтажный дом, определённый под гостиницу, в котором жил священник храма, по большей части пустовал. Предполагаю, сюда перенесли приходскую школу.

Вверху и внизу - по три просторных помещения для учебных классов, комната поменьше – под учительскую. После 1917 года церковная школа была ликвидирована.

В советское время здесь, на территории Александро-Невской церкви, расположили начальную школу. Известно, что в 1930-х годах это здание уже функционировало как школа. Об этом свидетельствует Анна Львовна Горелова (1925 г.р.) : « В 1932 году я пошла в первый класс Нагорной школы, которая располагалась рядом с храмом»  . Меркулов Николай Григорьевич (1934 г.р.) был зачислен в первый класс этой же школы в сентябре 1941 года. Он вспоминает, что в 1942-1943г.г. по причине боевых действий в Сталинградском направлении и приближавшейся немецкой оккупации Серафимовича, школу перевели в х. Отрожкинский  . После окончания Великой Отечественной войны многие десятилетия, вплоть до 1983 года прошлого века, здесь оставалась школа для начальных классов, образно говоря, малый храм науки. Чудом сохранился с колокольни Божьего храма маленький колокольчик из сплава серебра и меди. В храме науки с урока на урок чистым перезвоном напоминал он о былых временах святого места.

Храм Александра Невского в годы советского безбожья.

Кровавым колесом прокатились по донскому краю революция и гражданская война. Гибли сотни и тысячи людей, уничтожалось все то, что составляло стержень и основу казачьей жизни. На Дону с удвоенным усердием и последовательностью истреблялось православие как духовная опора казачества. В1927 г., по решению президиума Усть-Медведицкого райисполкома Хопёрского округа Нижнее-Волжского края, большая часть «культовых зданий» была закрыта. Купола снимали и переплавляли на нужды народного хозяйства. Казались неестественными заколоченные двери Божьего дома. Такая участь постигла и Александро Невский собор. Безбожники уничтожали иконы, церковную утварь. Кое - что прихожанам удалось спасти. Одна из икон Александра Невского храма сегодня хранится в семье Хижняковой К.А. В первые годы после революции, где-то в 1918 – 1919 годах, церковь даже горела.

В 1928 году был закрыт Спасо-Преображенский Усть-Медведицкий женский монастырь, располагавшийся в трёх километрах от станицы. Красноармейцы инокинь выгнали вон. Многие из монашествующих навсегда остались в Усть-Медведицкой, поселившись в частных домиках вблизи храмов. Неподалёку Нагорного собора тоже жили монахини (по улицам Чирской, Родниковской и др.). Они заботились о храме, оказывали определенное влияние на сохранение православной культуры у жителей. Об этом с благодарностью вспоминают Анна Львовна Горелова, Вера Демьяновна Гунькина. «Мои родители были заняты на работе, а мест в детском саду не хватало, меня оставляли на попечительство двух монахинь Анны и Аристоклии, которые жили в частном доме напротив церкви. Монахини ходили в храм, молились, а мы, маленькие дети, любили играть вокруг храма» . Учитывая особое отношение местного населения к церкви Александра Невского, опасаясь народного возмущения, а то и протеста, долгое время большевики не прикасались к ней.

В августе 1936 года верующие города, очевидно в очередной раз, потребовали вернуть храм для его изначального назначения. Чтобы объективно аргументировать отказ, 19-20.08.1936.г. «комиссия, назначенная резолюцией предгорсовета за подписью « зав.горко» Полянским К.А. и другими «товарищами», произвела осмотр храма на предмет ремонта и «открытия здания в эксплуатацию под обрядность религиозного культа». Результат осмотра показал, что помещение нуждалось в ремонте, по причине деформации стен, повреждений штукатурки внутри и снаружи, окраски полов и других дефектов (восстановление местное население с радостью взяло бы на себя). Решением комиссии было рекомендовано «воздержаться от предоставления церкви в эксплуатацию под обрядность религиозного культа из-за сохранения денежных средств верующих на капитальный ремонт» . В мае 1940 года местной власти для уничтожении храма необходимо было заручиться приказом свыше. Ходатайство Серафимовичского райсовета в исполнительный комитет Сталинградского областного Совета депутатов трудящихся об окончательном закрытии Александро-Невской церкви и разборе её на строительный материал было удовлетворено, о чем свидетельствует протокол заседания президиума исполкома облсовета от 15 мая 1940 года № 25/54.

Храм во время Великой Отечественной войны.

В июне-июле 1942 года население города эвакуировали. Люди, державшие домашних животных, птиц, не могли это хозяйство взять с собой, поэтому вынуждены были всю живность пустить под нож. В пустовавшем помещении церкви довольно прохладно, как в подвале. Было решено устроить в храме склад для тушек забитого скота. Зима 1942 года выдалась очень суровой, и мясо частично сохранилось до освобождения города от немцев. Многие люди тогда спаслись этим мясом от голодной смерти.

2 августа 1942 года немецкие, румынские и итальянские части, рвавшиеся к Сталинграду, заняли Серафимович. В первый день учинили расправу над оставшимся в городе населением, подозревая в каждом партизан. Захватчики под конвоем гнали на расстрел попавшихся им мирных жителей от улицы Горбатовской (сейчас улица Подтелкова) до церкви Александра Невского, где намеревались привести приговор в исполнение. Враги хотели выстроить несчастных у стены храма, чтобы никто не смог убежать. Старожилы вспоминают, что от складированного в храме мяса, исходил неприятный запах, ощущаемый снаружи. По этой причине враги немедленно изменили место казни и погнали пленных к Буераку Птахина. Здесь, на краю оврага, были расстреляны 20 человек. Пятерым удалось спастись. Если бы не горькая случайность с «дурным запахом», у стен родного храма лежали бы все до одного. Сразу после освобождения города, именно здесь, вблизи заколоченного храма, у старых могил доблестных казаков, решили сделать братское захоронение погибших солдат.

Уничтожение храма.

Несмотря на аварийность здания, которую констатировали специалисты в 1936 году, церковь продолжала жить, сохранив прежнюю стать, и даже роспись стен по-прежнему вызывала интерес, радовала глаз  . Храм простоял ещё шестнадцать лет. Пережил войну. Долго не поднималась рука у потомков на память предков. В годы ярой борьбы советской власти против церкви, в первую очередь снимали с храмовых построек кресты. Собор Александра Невского кресты на куполах сохранил до последнего своего часа. В 1952году, с целью приобретения добротного прочного кирпича для строительства лесозащитной станции по Донской улице и других хозяйственных построек, храм Александра Невского был варварски уничтожен.

Церковь взорвали прямо на глазах учащихся городской средней школы. Детская память Бориса Семёновича Панченко на всю жизнь сохранила безумные страницы истории: «Нас выстроили на линейку, и мы воочию увидели все, что происходило.

Здание упало не сразу, оно как будто подпрыгнуло, постояло миг и разрушилось. Этот день незабываемого ужаса земляки преклонных лет и сегодня вспоминают с волнением: «В день взрыва я была на работе в артели «Красногвардеец», переименованной впоследствии в Серафимовичский райбыткомбинат. Нам сказали, что сегодня взорвут церковь. Все вышли из конторы посмотреть. Прозвучал взрыв, затем церковь наклонилась на одну сторону, постояла немного и рухнула. Все очень горевали и плакали» .Красавиц - собор рухнул, развалившись сначала на большие монолитные глыбы  . После повторно заложенной более мощной взрывчатки, храм превратился в прах, смешавшись с прахом тех, кто его строил, молился в нём, каялся, радовался, плакал.

Воспользоваться кирпичом, как предполагалось, не удалось. Его хватило только на столбы к ограде музея А.С. Серафимовича. Кое-кто из предприимчивых горожан попытался применить кирпич в личных целях, сложив из него печку. Впрок не пошёл - печь дымила так, что пришлось её перекладывать заново, отказавшись от дармового «церковного материала». Бесследно исчезли каменные гранитные надгробья и кресты. Можно предположить, что чугунные, стальные кресты и ограды пионеры сдали на металлолом, что в то время очень приветствовалось. Мощные взрывы уничтожили тогда не только храмовую постройку кладбищенской церкви, но и могилы станичников. Моя прабабушка Ховаева Таисия Всеволодовна рассказывала, что в подростковом возрасте её одноклассники играли на развалинах храма. Ребята, что посмелее, спускались в разорённые склепы. Через много лет, в 50-60-х годах, на территории двора вокруг здания школы дети часто находили фрагменты парчовой одежды священнослужителей, башмаки из сыромятной кожи, серебряные кресты, бляшки - застёжки от старинных книг Евангелия. Об этом вспоминает Гунькина Вера Демьяновна. Она в то время работала учителем в Нагорной школе.

Долгожительница Наталья Виссарионовна Кулюкина, уроженка хутора Березки, прихожанка собора, перед разрушением видела над храмом белокрылых ангелов и херувимов. «Сны мне всегда снились про церковь или святых», - рассказывала Наталья Виссарионовна. Однажды приснилась Нагорная церковь Александра Невского. Вошла я в него, а с алтаря, на амвоне священник с крестом, а алтарь весь огнем пылает, и батюшка объявляет: «Через три года храм сгорит». Тревожное видение привело женщину к престарелым монахиням, жившим на Чирской улице. Они посоветовали записать этот сон. Ровно через три года храма не стало.  Долго пришлось вывозить за город всё, что осталось. Мелким кирпичом, «храмовым мусором», вперемешку с могильным прахом, засыпали глубокие колеи Донской улицы. На месте основной территории кладбища расположили пилораму, где на ещё обозначенные могильные холмики складировали тысячи кубометров пиломатериала. «Искатели приключений», желающие разбогатеть на богатых украшениях, наградах усопших, без страха и совести разрушали кирпичные склепы, чудом сохранившиеся после взрыва. Зачастую останки просто выбрасывали.

Место, где стоял храм, тщательно выровняли и определили под городской стадион. Долгие годы здесь организовывали спортивные соревнования, митинги в День Победы, парады юношей.

Сегодня на месте пилорамы, а значит, на месте захоронения предков, построены жилые двухэтажные дома. В 1984 году на этом месте, сто лет назад освященном для Божьего храма, была построена новая общеобразовательная школа. Это храм науки, в котором потомки станичников уже четверть века учатся уму-разуму, постигают вековую мудрость, как стать человеком. Потребуется немало труда и усердия, чтобы восстановить связь времён и построить храм в собственной душе. Местные жители, старожилы сегодня с досадой говорят о невосполнимой утрате. Упрямая память вновь и вновь возвращает их к страницам истории, за которую и через годы обидно и стыдно… Чтобы донести до потомков образ любимого детища станичников, художник Борис Семёнович Панченко по сохранившейся фотографии, по детским впечатлениям изобразил собор Александра Невского таким, каким он был в 1952 году, перед взрывом. Заросшие быльём могилы предков, часовня-беседка, обвитая старым плющом. Еле видна дорожка к основному входу… Небо в нависших над Россией мрачных тучах. Вот-вот накроют и раздавят… Дорожные колеи полны чистой воды… Это слёзы боли, негодования, ручьями струящиеся из глазниц Божьего храма и людских сердец. Понадобились многие десятилетия, чтобы народ, так безжалостно разбросавший камни святой памяти предков, осознал необходимость их собрать. Душой, разумом, руками своих внуков и правнуков.

Заключение.

Время идет быстро, оставляя все меньше надежды на то, что в памяти нашей останутся представления об исчезнувших навсегда страницах истории. Мы, потомки донских казаков, через несколько лет уже не сможем узнать о том, что в нашем городе Серафимович, бывшей станице Усть-Медведицкой, был возведен и служил дедам и прадедам белокаменный Нагорный собор в честь святого благоверного князя Александра Невского. Храм-краса казачьего края, которым могли бы гордиться и мы сегодня как культурным, историческим памятником.

Каждая церковь – храм Божий на земле, с которым связано многое в жизни русского человека. Здесь протекали основные события христианина. Крестили, затем венчали и, наконец, отпевали. Церкви и соборы, памятные места… Они хранители истории - немые свидетели прошлых лет и событий, затерявшихся в веках, они - напоминание современникам о своем прошлом величии, о невозможности забвения, о святости символов, без которых человек теряет свои корни. Заботой современников должно стать восстановление разорванной нити, соединяющей поколения. Этой бесценной связью является наша память- главное средство строительства храма души. Работа над исследованием истории собора Александра−Невского помогла крепко основать храм моей собственной души. Теперь я не имею право оставаться равнодушным к памяти предков. Согласен, что историю нельзя повернуть вспять, но наш внутренний храм зависит, прежде всего, от нас. От того, как мы будем относиться к святыням, настоящим, утраченным, будут зависеть  и наша жизнь, и спасение души, и пути  возрождения России в целом. Считаю необходимым обратиться к Администрации Муниципального городского  поселения Серафимович с предложением – установить на территории школы памятный знак, свидетельствующий об «объективной памяти», о стоявшем на этом месте православном храме. Историческим обоснованием к реализации этой идеи послужит данная работа.

Исследование пополнит материалы краеведческого музея, расширит музейные фонды истории школы. Данная работа может быть востребована на уроках основ православной культуры, на занятиях по краеведению, на часах общения. Считаю, будет вполне уместным предложить материалы исследования для публикации в районной « Усть-Медведицкой газете» в разделе « Малая родина». Краеведческая страница местной печати – одна из любимых и наиболее читаемых земляками. Таким образом, информация станет достоянием многих. С радостью сможем заявлять: «Мы из Серафимовича, бывшей казачьей станицы, где помнят свою историю, почитают Божий храм, уважают родную школу - храм науки, заботятся о храме собственной души».

Котельников Григорий, Шмырёва Галина Васильевна

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить